Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

43

переводе в "МеркюрдеФранс".

Репортер откинул назад голову и с такой восторженной любовью и гордостью артиста поглядел на четко выписанное им в памятной книжке название иностранного журнала, что у Куколки не хватило духу протестовать.

-Кого из классиков лично знали: Тургенева. Достоевского, Гончарова?

-Помилуйте, меня и на свете тогда не было.

-Прискорбно. Строк тридцать похитила у меня эта ваша молодость. Впрочем, черкнем штришок: "В бытность свою в Симбирске неликий Тургенев взял однажды на руки Шелковникова - тогда еще малютку - и пророчески воскликнул: "Вот мой продолжатель!"

-Но... ведь этого... не было!

-А почем вы знаете? Вдруг было, да вы по младенчеству не обратили внимания. Ваш любимый писатель?

-Пушкин.

-Так и занесем: "Пушкин и Достоевский". Говорят, роман пишете?

-Видите ли... я еще не знаю...

-Такс. Тайна. Понимаю. Тайна - святое дело. Из какого быта? Я полагаю, насчет оскудения интеллигенции. Э!

-Как вам сказать... - в отчаянии пробормотал Куколка.

-Так и запишем: "В будущем произведении жестоко бичуются уродливости русских Рудиных, оторвавшихся от земли..." Курите?

-Ну, это такая деталь, что стоит ли указывать...

-Нет, мне бы, мне папироску. Ужасно курить хочется! Я в том смысле. Скажите еще чтонибудь копеек на тридцать! Для округления.

Куколка беспомощно взглянул на него. Что ему сказать? У бедняги даже мелькнула мысль предложить интервьюеру эти недостающие тридцать копеек наличными, но тот уже вдохновенно перебил его:

-Спортом занимаетесь? Вы, помоему, хороший боксер легкого веса. Нет? Ну, все равно займетесь на свободе. "Наш собеседник очень увлекается, кроме литературы, и той отраслью спорта, о которой еще знаменитый Расплюев отзывался: "Просвещенные мореплаватели - и вдруг бокс". Тот Расплюев, который в изображении артиста Давыдова вырастает в..." Ну, во что он вырастает, я после допишу. Дома.

Он перечитал написанное и вытянул губы трубочкой.

-Гм... суховато немного вышло. Ну, я дома еще иллюминую; красочкой коегде трону. Ну, я побежал. Еще один фрукт на очереди. Посланник. Балканский вопрос. Рубля на четыре. Счастливо оставаться. Еще папиросочку. Можно? Три? Ну, три! Или пять? Для округления. Так, в Саратове родились? Чудный город. Обязательно побываю. Так сказать, на месте преступления. Чудно! Пляж. Фактории. "Эх ты, Волга",- как говаривал покойный Степан Разин. Эпос, а? До скорейшего.

Этот бедный поденщик пользовался в литературных кругах популярностью за одну свою странную особенность: получив в конце месяца из редакции деньги - рублей пятьдесят - он, вместо того чтобы освежить свой туалет или расплатиться с пребывавшей в хронической панике квартирной хозяйкой, вместо этого он брал лихача на дутых шинах, мчался в "Аквариум", заказывал великолепный ужин в ложе, выходящей к сцене, пил шампанское, закуривал "гавану" и, купив у продавщицы пук красных роз на деньги, оставшиеся после уплаты по счету, барским жестом швырял цветы какойнибудь пляшущей на сцене испанке, после чего пешком возвращался домой, опустошенный, но бодрый, бормоча себе под нос:

-Повеликокняжески провел вечер! Ай да мы, Пегоносовы! Вот это жизнь! Красота! Ракета!

Манера разговаривать у него была тоже особенная, никому другому не свойственная. Мотылек почемуто называл эту манеру "фонетическим методом".

При встрече с Мотыльком он еще издали кричал:

-Здравствуйте, красавец! Зарабатываете? Красота! А галстучекто! Мода! Король Эдуард пуговицу на жилетке для моды расстегивал! Англичане! Гибралтарский вопрос! Думаю в Испанию поехать - кастаньеты, танцовщицы, в "Аквариуме" давно были? Осетрина беарнез чудная! Рыбный вопрос! Думаю рыбной ловлей заняться! Море - Черное - Каспийское - Нефтяные вышки - Нобель - керосиновый король - красавец

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту