Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

89

рыжим, а теперь черный, но он мой сын.

- Позовем еще Марину Мнишек. - решил народ. Позвали Марину, показали Лжедмитрия II.

- Это мой муж! - заявила гордая полька. - И брюки такого же цвета, и столько же рук, ног и глаз, как у того... Это мой муж.

Однако Лжедмитрню II царствовать не удалось. Дав ему проходное свидетельство, его выселили из Москвы, кажется даже не впустив в нее. Междуцарствие

Между тем смелых людей становилось все меньше и меньше на Руси и некому стало царствовать. Даже самозванцы отказывались от Москвы.

- Поцарствуешь день, - говорили самозванцы, - а потом целый месяц тебя будут за это убивать. Себе дороже стоит. Наступило междуцарствие. Поляки увидели, что царя нет в России, и пришли все в Москву и заявили:

- Мы все будем царствовать над вами. В компании веселее и безопаснее.

- Царствуйте! - разрешили бояре. - Кому прикажете присягать?

- Всем присягайте! - приказали поляки. На это бояре резонно ответили:

- Вас так много! Если каждому в отдельности присягать, то человеческой жизни не хватит. Выбирайте уж одного.

Поляки поняли, что бояре правы.

- Присягайте сыну нашего короля Владиславу! - приказали они.

Бояре присягнули. Когда присяга кончилась, поляки вдруг заявили:

- Мы ошиблись. Присягайте не Владиславу, а самому королю Сигизмунду. Бояре присягнули Сигизмунду.

- Можем идти? - спросили они.

- Нет, нет! - ответили поляки. - Не уходите. Может быть, еще кому-нибудь нужно будет присягать.

Бояре сели на крылечко и стали ждать.

Народ оставил их ждать и стал действовать на свой риск и страх. Минин и Пожарский

Однажды на площади появился человек в форме мясника и закричал:

- Заложим жен и детей и выкупим отечество!

- Заложим! - загудела толпа. Кузьма Минин заложил (впоследствии оказалось, что это был он), пересчитал деньги и сказал:

- Маловато!

И, воодушевившись, снова воскликнул:

- Продадим дворы и спасем отечество!

- Продадим! - снова загудела толпа. - Без жен и детей дворы ни к чему.

Тут же наскоро стали продавать дворы и вырученные деньги отдавали Минину.

Кто покупал дворы - никому из историков не известно. А может быть, известно, но из стыдливости они это скрывают. Полагают, что была основана тайная патриотическая компания по скупке домов и имущества.

"Странно, - замечает один иностранный историк, имя которого мы дали слово держать в секрете. - Всех принуждали продавать дома; кто не хотел добровольно продавать дом, того принуждали. Как же в такое время могли появляться люди, которые осмеливались покупать дома?"

Не будем объяснять иностранным историкам то, чего они но своему скудоумию понимать не могут, и вернемся к Минину.

- Теперь хватит, - заявил он своим гражданам. - Возьмите оружие и пойдем на поляков. Во главе рати стал Пожарский.

- А казаков под Москвой не будет? - спросил новый полководец.

Казаки были на стороне поляков.

- Не будет! - ответил Минин.

- Тогда я пойду!

Пожарский оказался храбрым полководцем и освободил Москву от поляков.

Большую помощь оказал ему при этом голод, любезно согласившийся поселиться в Москве на время осады. Поляки, питающие с малых лет отвращение к голоду, отдали Москву русским.

С тех пор голод не расставался с русским народом, поселившись у него на правах бывшего

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту