Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

5

    Записки дикаря
       
       Не так давно управляющий конторой той газеты, где я иногда писал фельетоны, отвел меня в сторону и сунул мне в руку целую пачку разноцветных бумажек разного фасона и формата.
       -- Что это? -- слегка удивился я.
       -- Это вам.
       -- Зачем?
       -- За то, что вы у нас пишете.
       -- Да что же я с этим буду делать?
       -- Берите. Такой у нас порядок.
       -- Какие смешные бумажки...
       Чтобы не обижать симпатичного управляющего конторой, я сделал вид, что пачка этих странных обрезков раскрашенной бумаги очень меня обрадовала, отошел в сторону и стал рассматривать бумажку за бумажкой.
       Были очень потрепанные, склеенные, но были и новенькие, от которых еще вкусно пахло типографской краской...
       Одни кусочки чрезвычайно напоминали мне ярлычки на спичечной коробке, другие -- наклейку на лимонадной бутылке, третьи -- наклейку на нарзанной бутылке -- даже орел был нарисован, -- четвертые очень походили на крап игральных карт.
       Были и просто спокойные серые бумажки...
       А одна бумажка, размером побольше других, даже понравилась мне: очень красиво на ней была изображена яркая -- желтая с черным -- георгиевская лента.
       -- Послушайте, -- робко сказал я, приблизившись к управляющему, -- нельзя ли мне обменять этот ярлычок от спичечной коробки на большую штучку с желтой ленточкой.
       -- Можно, -- усмехнулся управляющий. -- Только я у вас возьму за одну с ленточкой -- 25 ярлычков.
       "Ловкий какой, -- подумал я, отходя. -- 25 ярлычков! Штуки три я бы еще дал, а 25... Ищи других дураков".
       Я отобрал самые красивые кусочки с картинками и ярлыки и сунул все это в карман, а узенькие маленькие ленточки были некрасивые -- я их выбросил: улучил минуту, когда управляющий не смотрел на меня, и бросил в угол.
       А то заметит еще, обидится...
       
       Пришел я домой, вынул пачку подаренных мне бумажечек и положил их в ящик письменного стола -- в этом ящике у меня всякий дрязг валяется: кусочки обгорелого сургуча, приглашение на свадьбу с золотым обрезом и пуговицы от давно уже погибших брюк.
       А вчера слышу, маленький сынишка соседки так раскапризничался, что сил нет -- работать мешает.
       Взял я часть полученной мною пачки, пошел к нему, стал его утешать:
       -- Погляди-ка, какая цаца: если не будешь плакать, я тебе подарю.
       Подошла мать, посмотрела на нас, сказала небрежно:
       -- Вы ему этих засаленных бумажек не давайте -- еще заразится, не дай бог... Дайте ему лучше эту, с черно-желтой ленточкой.
       -- Пожалуйста. На тебе, Петя... Видишь, какая хорошая ленточка. И вот тебе еще две серенькие бумажечки с красными дядями. Видишь, какие хорошенькие мордочки в кружочке.
       Заинтересованное дитя можно купить всяким пустяком. Нужно только знать, как к ним подойти...
       
       Вчера писал для одного знакомого рекомендательное письмо...
       Он сидел тут же, ждал.
       В перо попала волосинка и повезла, замазывая все закругления букв.
       Я выругался, поискал глазами клочок бумажки, чтобы очистить перо, не нашел, выдвинул ящик стола, взял ярлычок и стал обтирать перо.
       И тут я с удивлением заметил, что на лице моего знакомого отразился ужас.
       -- Что вы делаете?! -- крикнул он.
       -- Разве не видите? Обтираю.
       -- Чем? Да ведь эта керенка!!
       -- Ну? Я не знал, что оно так называется.
       -- Да ведь это деньги!!!
       -- Что вы говорите? -- ахнул я, искренно огорченный. -- Неужели на эту бумажку можно купить костюм?
       -- Ну, положим, для костюма нужно таких штук пятьсот, шестьсот.
       -- Вот видите! Где мне столько набрать... А башмаки можно купить?
       -- Штук двести нужно.
       -- То-то и оно. А у меня их и пятидесяти штук не наберется. Тут, впрочем, еще есть такие, с красными портретиками...
       -- Это украинки!..
       -- Что вы говорите? А эти, вот, розово-лиловенькие, пестренькие...
       -- Ну-да! Крымские двадцатипятирублевки. Только это фальшивая.
       -- Плохо сделана, что ли?
       -- М...м...да, если хотите. Ее у вас не примут.
       -- Выбросить, что ли?
       -- Придержите пока. Может быть, какой-нибудь дурак и возьмет.
       -- А я давеча мальчишечке дал поиграть такими вот. Одна была с ленточкой. Черная с желтым.
       -- И глупо сделали. Ведь вы на эти бумажечки можете чего-нибудь купить.
       -- А чего?
       -- Ну, я уж не знаю. Пойдите на базаре и купите. "Врет, поди", -- недоверчиво подумал я.
       Но -- решил попробовать.
       
       Как смешно!
       Оказывается, действительно, за эти обрезочки кое-что дают.
       Я пошел на базар, положил на прилавок одного ларька всю пачку и спросил:
       -- Что дадите за это? Оказывается, дали:
       1) Целого гуся
       2) Два десятка яиц
       3) Фунт масла
       Подумайте только: целый фунт масла!
       А и бумажек-то этих было не больше четверти фунта.
       Я схватил все завернутое мне -- гуся, яйца и масло -- и поспешно ушел, почти убежал, боясь, чтобы торговец не раздумал.
       Вдруг да вернет.
       Гусь оказался очень милым, сочным, да и из яиц добрая половина была свежая, съедобная.
       Эге-ге...
       Начинаю понимать смысл жизни...
       Давно собирался покушать жареного поросенка. Завтра же пойду к управляющему конторой, попрошу: не даст ли он мне еще с полфунтика бумажек.
       Узнал я также, что напрасно выбросил тогда узкие длинные ленточки: за четыре таких ленточки дают коробку спичек.
       Это говорят:
       -- Купон.
       А черт же его знал!
       Купон, не купон.
       По виду некрасивый.
 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту