Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

6

    Леденящая душу история
       
       Эту историю рассказал мне один очень симпатичный человек.
       -- Видите, -- сказал он мне, показывая в театре на сидящего в ложе полного блондина. -- Видите этого господина? Инженер Пятеркин. Замечательно светлая личность! Я очень хотел поступить к нему на службу и представьте себе -- никак, ну, никак -- не могу!
       -- Что ж... не хочет он, что ли? -- спросил я вяло, без любопытства, как спрашивают обыкновенно, предчувствуя впереди скучный, безынтересный рассказ.
       -- Он-то не хочет? Да он спит и видит, чтобы меня к себе залучить!
       -- Значит, вы не хотите?
       -- Хочу! С руками и ногами готов пойти!
       -- Понимаю! Значит, дело у вас еще не открылось?
       -- На полном ходу дело!
       -- Догадался: вакансий нет?
       -- Есть! Как раз для меня!
       -- Жалованье маленькое, что ли?
       -- Еще вчера он предлагал мне 20 тысяч в месяц!
       -- Да провалитесь вы! В чем же дело?! Он хочет, вы хотите, дело интересное, жалованье большое, -- а поступить не можете!
       И тут, отведя меня в уголок за дверью, он рассказал мне одну из самых диких историй наших диких дней.
       
       ...Этот Пятеркин обо мне очень много наслышан.
       Как-то встречает меня:
       -- Поступайте ко мне на службу!
       -- К вам-то? Да с удовольствием! А какое жалованье?
       -- Три тысячи в месяц.
       -- Пожалуй, подходит. Закончу дела на своей теперешней службе и через две недели к вам.
       Закончил я дела, собрался к инженеру Пятеркину, узнала жена, одобрила. Потом спрашивает:
       -- А какое жалованье?
       -- Три тысячи.
       -- С ума ты сошел? Не хватит!
       -- Постой... А я уже две недели тому назад покончил с ним.
       -- То было две недели тому назад, а то теперь! Тогда масло стоило 30 рублей фунт, а теперь 45, тогда ботинки стоили тысячу рублей, а теперь полторы. И все так... Пойди, измени условия!
       Прихожу: рассказываю. Инженер Пятеркин, как я уже изволил вам докладывать, -- светлая личность! Да, говорит, вы правы... За эти две недели жизнь поднялась в полтора раза. Хорошо. Будете вы у меня получать четыре с половиной тысячи!
       Радостный, побежал я к жене. До того бежал, что вспотел, пронизало меня ветром, пришел домой и слег.
       Инфлуэнца.
       Две недели провалялся. Встал, собираюсь к инженеру Пятеркину.
       А жена опять:
       -- Постой! Как же ты будешь получать четыре с половиной тысячи, когда жизнь опять вздорожала на 35 процентов. Масло, что стоило 2 недели тому назад 45 -- теперь 60, ботинки вместо полуторы -- две тысячи!
       Пошел я к этой светлой личности -- Пятеркину, рассказал.
       С одного слова все понял человек!
       -- Верно, -- говорит. -- Ежели, -- говорит, -- по маслу равняться -- цена вам шесть тысяч. Только подождите две недельки. Пока вы болели, я на ваше место взял на месяц временного человека. Дослужит он и уйдет. А вы на его место.
       Подождал я две недели, собираюсь идти к Пятеркину.
       Жена опять:
       -- А на какое жалованье?
       -- Шесть тысяч.
       -- Что ты, милый! Как же можно на шесть тысяч прожить, когда масло уже 120, ботинки -- четыре тысячи...
       Прихожу к этой буквально замечательной личности Пятеркину -- рассказываю...
       -- Верно, -- говорит. -- Если уж начали мы по маслу равняться и по ботинкам -- так и будем продолжать. Значит, полагается вам 9 тысяч. Контракт на 3 года, как у нас установлено...
       Тут меня и осенило.
       -- Позвольте! -- говорю. -- Ежели за это время каждый месяц цены на все увеличиваются вдвое, то как же я могу застыть на одном и том же жалованье? Ведь этак я месяца через три умру с голода.
       До чего это была светлая личность -- сказать даже не могу.
       -- Верно, -- кричит, -- совершенно бесспорно! Тогда мы, если вы хотите, сделаем расчет прогрессивный. Два месяца тому назад сколько стоило масло?
       -- 30 рублей.
       -- Месяц тому назад?
       -- 60.
       -- Теперь?
       -- Значит, 120.
       -- Ботинки?
       -- То же самое: тысяча -- две тысячи -- четыре тысячи...
       -- Так-с, -- говорит, -- теперь, когда мы математически установили вздорожание жизни в месяц ровно вдвое (ох, и математик же был шельма! Светлая голова! Недаром -- инженер!)... то теперь мы, -- говорит, -- равняясь по маслу и ботинкам, исчислим математически и увеличение вашего жалованья... Этот месяц вы получите 9 тысяч, второй -- 18, третий -- 36, четвертый -- 72, пятый -- 134, шестой -- 288, седьмой -- 576, восьмой... ну не будем, для ровного счета считать -- миллион в месяц. На девятый месяц -- 2 миллиона, десятый -- четыре, одиннадцатый -- 8, двенадцатый -- 16 миллионов. Он погрузился в вычисления, потом оторвался, покрутил головой:
       -- Гм... да! Выходит, что к концу второго года вы получите ежемесячно 64 миллиарда, а к середине третьего года свыше четырех биллионов в месяц.
       -- Многовато, -- задумчиво сказал я.
       -- Да дело, пожалуй, этого не выдержит.
       -- И возиться с ними, с такой уймой деньжищ, тоже, знаете, затруднительно. Ведь эти четыре биллиона домой привезти -- обоз нанимать придется!
       -- И верно! А сколько миллиардов один обоз будет стоить? Да помещение для хранения нужно. Сухое, железобетонное! Да страховка от пожара, да сторожа, да счетчики...
       Говорю ж вам -- светлая был голова инженер Пятеркин -- все высчитал -- даже сторожей не забыл! Сидим мы, молчим оба -- грустные-прегрустные.
       -- Что ж теперь делать, -- спрашиваю. -- Может, плюнуть пока на эти расчеты и поступить к вам тысяч на десять!.. А там видно будет.
       -- А контракт на 3 года? Ведь по уставу нашего общества -- мы без контракта не можем.
       Вздохнул я. Ушел.
       И так вот до сих пор хожу я к нему. Поговорим, поговорим и разойдемся. И мне хочется служить, и ему страх, как хочется, чтобы я поступил. И прошло уже с тех пор три недели. И масло уже 180, ботинки вчера жене купил -- 7000, значит, наш расчет "по маслу" был верен, а поступить все не могу!..
       Сойдемся оба и чуть не плачем...
       
       Голова рассказчика уныло свисла на грудь.
       -- А я, собственно, не понимаю, -- заметил я, -- почему вам было не подписать контракт на эти 4 биллиона? Получали бы вы 4 биллиончика в месяц, а ботинки стоили бы тогда биллиончика три...
       -- Мы-то оба понимаем, но главное -- перевозка! Да наем сухого железобетонного сарая, да сторожа, да счетчики, да кассиры... Инженер Пятеркин -- светлейшая голова -- он уж все высчитал!
       Да... Страшные, леденящие кровь драмы совершаются около нас каждый день, а мы проходим себе мимо, как дураки, и ничего не замечаем...
 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту