Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

63

я.

    - Ну, бог с вами... Ступайте.

VI

    Провозвестники будущего искусства встали с колен, отряхнули брюки, вынули из петлиц ложки и, сунув их в карман, робко, гуськом вышли в переднюю.

    В передней, натягивая пальто, испуганно шептались:

    - Влетели в историю! А я сначала думал, что он такой же дурак, как и другие.

    - Нет, с мозгами парень. Я было испугался, когда он на меня кричать стал. Вдруг, думаю, подносом по голове хватит!

    - Слава Богу, дешево отделались.

    - Это его твоя крыса разозлила. Придумал ты действительно: дохлую крысу на поднос повесил!

    - Ну, ничего. Уж хоть ты на меня не кричи. Я крысу выброшу, а на пустое место стеариновый огарок на носке башмака приклею. Оно и прочнее. Пойдем, Вася, пойдем, пока не догнали.

    Ушли, объятые страхом...

Русалка

    - Вы кашляете? - учтиво спросил поэта Пеликанова художник Кранц.

    - Да, - вздохнул бледный поэт. - И кроме того, у меня насморк.

    - Где же это вы его схватили?

    - На реке. Вчера всю ночь на берегу просидел. И нога, кроме того, ломит.

    - Так, так, - кивнул головой третий из компании - угрюмый Дерягин.

    - Рыбу ловили, с ума сошли или просто так?

    - Просто так. Думал.

    - Просто так? Думал? О чем же вы думали?

    Пеликанов встал и закинул длинные светлые волосы за уши.

    - О чем я думал? Я думал о них... о прекрасных, загадочных, которые всплывают в ночной тиши на поверхность посеребренной луной реки и плещутся там между купами задумчивой осоки, напевая свои странные, чарующие, хватающие за душу песенки и расчесывая гребнями длинные волосы, в которых запутались водоросли... Бледные, прекрасные, круглые руки поднимаются из воды и в безмолвной мольбе протягиваются к луне... Большие печальные глаза сияют между ветвей, как звезды... Жутко и сладостно увидеть их в эту пору.

    - Это кто ж такие будут? - спросил Дерягин. - Русалки, что ли?

    - Да... Русалки.

    - И вы их надеетесь увидеть?

    - О, если бы я надеялся! Я только мечтаю об этом...

    - Рассчитываете дождаться?

    - Полжизни я готов просидеть, чтобы...

    Дерягин в бешенстве вскочил с кресла.

    - Будьте вы прокляты, идиоты, с вашими дурацкими бреднями. Встречаюсь я с вами уже несколько лет, разговаривал с вами, как с порядочным, нормальным человеком, и вдруг, - нате, здравствуйте! Этот человек бродит по ночам по берегу реки! Зачем, спрашивается? Русалок ищет, изволите ли видеть! Бесстыдник.

    - Вы не понимаете прекрасного! - сказал, свеся голову на грудь и покашливая, Пеликанов.

    - Да ведь их нет! Понимаете, это чепуха, мечта! Их не существует.

    Поэт улыбнулся:

    - Для вас, может быть, нет. А для меня они существуют.

    - Кранц! Кранц! Скажи ему, что он бредит, что он с ума сошел! Каких таких он русалок ищет?

    Художник Кранц улыбнулся, но промолчал.

    - Нет! С вами тут с ума сойдешь. Пойду я домой. Возьму ванну, поужинаю хорошенько и завалюсь спать. А ты, Кранц?

    - Мне спать рано. Я поеду к одной знакомой даме, которая хорошо поет. Заставлю ее петь, а сам лягу на диван и, слушая, буду тянуть шартрез из маленькой-маленькой рюмочки. Хорошо-о-о!

    - Сибарит! А вы, Пеликанов?

    Пеликанов грустно усмехнулся:

    - Вы, конечно, будете ругаться... Но я... пойду сейчас к реке, побродить... прислушаться

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту