Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

67

водой, а я сел на пальто и стал размышлять, хорошо ли, что я связался с этим нелепым существом: она ела рыбу, как щука, орала всю ночь нецензурные слова, как матрос, от нее несло рыбой, как от рыночной селедочницы.

    - Знаете что... - нерешительно сказал я, подходя к ней... - Не лучше ли вам на реку обратно... а? Идите себе с Богом. И вам лучше, и мне покойнее.

    - Тащи невод, Лаврушка! - крикнула она. - Если веревка лопнет - ухи оборву!

    - Ну и словечки, - укоризненно сказал я. - Будто пьяный мужик. Ну... довольно-с!

    Преодолевая отвращение от сильного рыбного запаха, я взял ее на руки, потащил к реке и, бросив на песок, столкнул в воду. Она мелькнула в последний раз своими противными зелеными волосами и скрылась. Больше я ее не видел.

    История с русалкой была выслушана в полном молчании.

    Кранц поднялся и стал искать шапку. Собрался уходить и Дерягин.

    - А вы куда? - спросил он поэта Пеликанова. - На реку?

    - Пожалуй, я пойду домой, - нерешительно сказал поэт. - Нынче что-то сыровато...

Слепцы

            Посвящается А.Я. Садовской

       

I

    Королевский сад в эту пору дня был открыт, и молодой писатель Ave беспрепятственно вошел туда. Побродив немного по песчаным дорожкам, он лениво опустился на скамью, на которой уже сидел пожилой господин с приветливым лицом.

    Пожилой приветливый господин обернулся к Ave и после некоторого колебания спросил:

    - Кто вы такой?

    - Я? Ave. Писатель.

    - Хорошая профессия, - одобрительно улыбнулся незнакомец. - Интересная и почетная.

    - А вы кто? - спросил простодушный Ave.

    - Я-то? Да король.

    - Этой страны?

    - Конечно. А то какой же...

    В свою очередь Ave сказал не менее благожелательно:

    - Тоже хорошая профессия. Интересная и почетная.

    - Ох, и не говорите, - вздохнул король. - Почетная-то она почетная, но интересного в ней ничего нет. Нужно вам сказать, молодой человек, королевствование не такой мед, как многие думают.

    Ave всплеснул руками и изумленно вскричал:

    - Это даже удивительно! Я не встречал ни одного человека, который был бы доволен своей судьбой.

    - А вы довольны? - иронически прищурился король.

    - Не совсем. Иногда какой-нибудь критик так выругает, что плакать хочется.

    - Вот видите! Для вас существует не более десятка-другого критиков, а у меня критиков миллионы.

    - Я бы на вашем месте не боялся никакой критики, - возразил задумчиво Ave и, качнув головой, добавил с осанкой видавшего виды опытного короля, - вся штука в том, чтобы сочинять хорошие законы.

    Король махнул рукой.

    - Ничего нe выйдет! Все равно никакого толку.

    - Пробовали?

    - Пробовал.

    - Я бы на вашем месте...

    - Э, на моем месте! - нервно вскричал старый король. - Я знал многих королей, которые были сносными писателями, но я не знаю ни одного писателя, который был хотя бы третьесортным, последнего разряда, королем. На моем месте... Посадил бы я вас на недельку, посмотрел бы, что из вас выйдет...

    - Куда... посадили бы? - осторожно спросил обстоятельный Ave.

    - На свое место!

    - А! На свое место... Разве это возможно?

    - Отчего же! Хотя бы для того это нужно сделать, чтобы нам, королям, поменьше завидовали... чтобы поменьше и потолковее критиковали нас, королей!

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту