Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

11

вытирая уголком платка слезинку. -- Подумать только, что вы расстались больше пяти лет назад... из-за вашей измены, как призналась она мне в минуту откровенности.

            Я молчал, но мне было безумно тяжело, скверно и горько. Я чувствовал себя самым беспросветным негодяем. Если бы у меня было больше мужества, я бы должен был откровенно сказать этой доброй, наивной старушке:

            "Милая моя, для тебя роман замужней женщины с молодым человеком -- огромное, незабываемое событие в жизни, которое, по-твоему, должно сохраниться до самой гробовой доски. А я... я решительно не помню, о какой замужней даме говоришь ты... была ли это Ася Званцева или Ирина Николаевна, или Вера Михайловна Березаева".

            Я нерешительно поерзал на диване, потом бросил на посетительницу испытующий взгляд и, свесив голову, осторожно спросил:

            -- Расскажите мне что-нибудь о вашей дочери.

            -- Да что же рассказывать?.. Как вы знаете, они с мужем не сошлись характерами. Он ее не понимал, не понимал ее души и ее запросов... А тут явились вы -- молодой, интересный, порывистый. Она всю жизнь помнила те слова, которые были вами сказаны при первом сердечном объяснении... Помните?

            -- Помню, -- нерешительно кивнул я головой, -- как же не помнить? Впрочем, повторите их. Так ли она вам передала.

            -- В тот вечер мужа ее не было дома. Пришли вы, какой-то особенный, "светлый", как она говорила. Вы заметили, что у нее заплаканные глаза, и долго добивались узнать причину слез. Она долго отказывалась. Тогда вы обвили рукой ее талию, привлекли к себе и тихо сказали: "Счастье мое, я вижу, тебя здесь никто не понимает, никто не ценит твоей кристальной души и твоего жемчужного сердца. Ты совершенно одинока... Есть только один человек, который ценит тебя, сердце которого всецело в твоей власти..."

            -- Да, это мой приемчик, -- задумчиво улыбнулся я. -- Теперь я уже его бросил.

            -- Что? -- переспросила старушка.

            -- Я говорю: да. Это именно были те слова, которые я сказал ей.

            -- Ну вот. Потом вы, кажется, стали... целовать ее...

            -- Наверно, -- согласился я. -- Не иначе. Что же она вам рассказывала дальше?

            -- Через несколько дней вы гуляли с ней в городском саду. Вы стали просить ее зайти на минутку к вам выпить чашку чаю... Она отказалась, ссылаясь на то, что не принято ходить замужней даме в гости к молодому человеку, что этот поступок был бы моральной изменой мужу. Вы тогда обиделись на нее и целую аллею прошли молча. Она спросила: "Вы сердитесь?" Да, сказали вы, вас оскорбляет такое отношение и вы вообще страдаете. Тогда она сказала: "Ну, хорошо, я пойду к вам, если вы даете слово вести себя прилично..." Вы пожали плечами: "Вы меня обижаете". Через полчаса она была у вас, а через час была уже вашей.

            И, опять приподнявшись со стула, старуха торжественно спросила:

            -- Помните ли вы это?

            -- Помню, -- подтвердил я. -- А что она говорила, уходя от меня?

            -- Она говорила: "Вы теперь перестанете уважать меня", а вы прижали ее к сердцу и возразили: "Нет, никого в жизни я не люблю так, как тебя". А теперь она умерла, моя голубка!

            Старая дама заплакала.

            -- О! -- порывисто, в припадке

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту