Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

17

и, в-третьих, вместо расписки в получении означенной суммы он, Дымба, оставил окурок папиросы, который при сем прилагается.

            Главный ревизор потер руки и сладострастно засмеялся. Говорят, при каждом человеке состоит ангел, который его охраняет. Когда ревизор так засмеялся, ангел городового Дымбы заплакал.

            -- Позвать Дымбу! -- распорядился ревизор.

            Позвали Дымбу.

            -- Здравия желаю, ваше превосходительство!

            -- Ты не кричи, брат, так, -- зловеще остановил его ревизор. -- Кричать после будешь. Взятки брал?

            -- Никак нет.

            -- А морской сбор?

            -- Который морской, то взыскивал по приказанию начальства. Сполнял, ваше-ство, службу. Их высокородие приказывали.

            Ревизор потер руки профессиональным жестом ревизующего сенатора и залился тихим смешком.

            -- Превосходно... Попросите-ка сюда его высокородие. Никифоров, напишите бумагу об аресте городового Дымбы как соучастника.

            Городового увели.

            Когда его уводили, явился и его высокородие... Теперь уже заливались слезами два ангела: городового и его высокородия.

            -- Из... ззволили звать?

            -- Ох, изволил. Как фамилия? Пальцын? А скажите, господин Пальцын, что это такое за триста рублей морского сбора? Ась?

            -- По распоряжению Павла Захарыча, -- приободрившись, отвечал Пальцын. -- Они приказали.

            -- А-а. -- И с головокружительной быстротой замелькали трущиеся одна об другую ревизоровы руки. -- Прекрасно-с. Дельце-то начинает разгораться. Узелок увеличивается, вспухает... Хе-хе. Никифоров! Этому -- бумагу об аресте, а Павла Захарыча сюда ко мне... Живо!

            Пришел и Павел Захарыч.

            Ангел его плакал так жалобно и потрясающе, что мог тронуть даже хладнокровного ревизорова ангела.

            -- Павел Захарович? Здравствуйте, здравствуйте... Не объясните ли вы нам, Павел Захарович, что это такое "портовый сбор на предмет морского улучшения"?

            -- Гм... Это взыскание-с.

            -- Знаю, что взыскание. Но -- какое?

            -- Это-с... во исполнение распоряжения его превосходительства.

            -- А-а-а... Вот как? Никифоров! Бумагу! Взять! Попросить его превосходительство!

            Ангел его превосходительства плакал солидно, с таким видом, что нельзя было со стороны разобрать: плачет он или снисходительно улыбается.

            -- Позвольте предложить вам стул... Садитесь, ваше превосходительство.

            -- Успею. Зачем это я вам понадобился?

            -- Справочка одна. Не знаете ли вы, как это понимать: взыскание морского сбора в здешнем городе?

            -- Как понимать? Очень просто.

            -- Да ведь моря-то тут нет!

            -- Неужели? Гм... А ведь в самом деле, кажется, нет. Действительно нет.

            -- Так как же так -- "морской сбор"? Почему без расписок, документов?

            -- А?

            -- Я спрашиваю -- почему "морской сбор"?!

            -- Не кричите. Я не глухой.

            Помолчали. Ангел его превосходительства притих и смотрел на все происходящее широко открытыми глазами, выжидательно и спокойно.

            -- Ну?

            -- Что "ну"?

            -- Какое море вы улучшали на эти триста рублей?

            -- Никакого моря не улучшали. Это так говорится -- море.

            -- Ага. А деньги-то куда делись?

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту