Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

62

"Аполлоном", я купил журнал и ушел.

         

      * * *

           

            Первая статья, которую я начал читать, -- Иннокентия Анненского -- называлась "О современном лиризме".

            Первая фраза была такая:

            "Жасминовые тирсы наших первых мэнад примахались быстро..."

            Мне отчасти до боли сделалось жаль наш бестолковый русский народ, а отчасти было досадно: ничего нельзя поручить русскому человеку... Дали ему в руки жасминовый тирс, а он обрадовался, и ну -- махать им, пока примахал этот инструмент окончательно.

            Фраза, случайно выхваченная мною из середины "лиризма", тоже не развеселила меня:

            "В русской поэзии носятся частицы теософического кокса, этого буржуазнейшего из Антисмертинов..."

            Это было до боли обидно.

            Я так расстроился, что дальше даже не мог читать статьи "О современном лиризме"...

         

      * * *

           

            Неприятное чувство сгладила другая статья: "В ожидании гимна Аполлону".

            Я человек очень жизнерадостный, и веселье бьет во мне ключом, так что мне совершенно по вкусу пришлось предложение автора:

            "Так как танец есть прекраснейшее явление в жизни, то нужно сплетаться всем людям в хороводы и танцевать. Люди должны сделаться прекрасными непрестанно во всех своих действиях, и танец будет законом жизни".

            Последующие слова автора относительно зажжения алтарей, учреждения обетных шествий и плясов привели меня в решительный восторг.

            "Действительно! -- думал я. -- Как мы живем... Ни тебе удовольствия, ни тебе веселья. Все ползают на земле, как умирающие черви, уныние сковывает костенеющие члены... Нет, решительно, обетные шествия и плясы -- вот то, что выведет нас на новую дорогу".

            Дальше автор говорил:

            "Не случайно происходит за последние годы повышение интереса к танцу..."

            "Вот оно! -- подумал я. -- Начинается!.."

            У меня захватило дыхание от предвкушения близкого веселья, и я должен был сделать усилие, чтобы заставить себя перейти к следующей статье:

            "О театре".

         

      * * *

           

            Автор статьи о театре видел единственное спасение и возрождение театра в том, чтобы публика участвовала в действии наравне с актерами.

            Идея мне понравилась, но многое показалось неясным: будет ли публика на жаловании у дирекции театра, или актеры будут уравнены с публикой в правах тем, что им придется приобретать в кассе билеты "на право игры"... И как отнесутся актеры к той ленивой, инертной части публики, которая предпочтет участию в игре -- простое глазение на все происходящее...

            Впрочем, я вполне согласен с автором, что важна идея, а детали можно разработать после.

         

      * * *

           

            Вечером я поехал к одним знакомым и застал у них гостей.

            Все сидели в гостиной небольшими группами и вели разговор о бюрократическом засилье, указывая на примеры Англии и Америки.

            -- Господа! -- предложил я. -- Не лучше ли нам сплестись в радостный хоровод и понестись в обетном плясе к Дионису?!

            Мое предложение вызвало недоумение.

            -- То есть?..

            -- В нашей повседневности есть плясовой ритм. Сплетенный хоровод должен нестись даже в будничной жизни, перейдя с подмостков в

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту