Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

63

жизнь... Позвольте вашу руку, мадам!.. Вот так... Господа! Ну зачем быть такими унылыми?.. Возьмите вашу соседку за руку. Что вы смотрите на меня так недоумевающе? Готово? Ну, теперь можете нестись в радостном хороводе. Господа... Нельзя же так!..

            Гости растерянно опустили сплетенные по моему указанию руки и робко уселись на свои места.

            -- Почему вам взбрела в голову такая идея -- танцевать? -- сухо спросил хозяин дома. -- Когда будет танцевальный вечер, так молодежь и потанцует. А людям солидным ни с того ни с сего выкидывать козла -- согласитесь сами...

            Желая смягчить неловкую паузу, хозяйка сказала:

            -- А поэта Бунина в академики выбрали... Слышали?

            Я пожал плечами.

            -- Ах, уж эта русская поэзия! В ней носятся частицы теософического кокса, этого буржуазнейшего из Антисмертинов...

            Хозяйка побледнела.

            А хозяин взял меня под руку, отвел в сторону и сурово шепнул:

            -- Надеюсь, после всего вами сказанного вы сами поймете, что бывать вам у нас неудобно...

            Я укоризненно покачал головой и похлопал его по плечу:

            -- То-то и оно! Быстро примахались жасминовые тирсы первых наших мэнад. Вам только поручи какое-нибудь дело... Благодарю вас, не беспокойтесь... Я сам спущусь! Тут всего несколько ступенек...

         

      * * *

           

            По улице я шагал с тяжелым чувством.

            -- Вот и устраивай с таким народом обетные плясы, вот и води хороводы! Дай ему жасминовый тирс, так он его не только примахает, да еще, в извозчичий кнут обратив, тебя же им и оттузит! Дионисы!

            Огорченный, я зашел в театр.

            На сцене стоял, сжав кулаки, городничий, а перед ним на коленях купцы.

            -- Так -- жаловаться?! -- гремел городничий.

            Я решил попытаться провести в жизнь так понравившуюся мне идею слияния публики со сценой.

            -- ...Жаловаться? Архиплуты, протобестии...

            Я встал с места и, изобразив на лице возмущение, со своей стороны, продолжал:

            -- ...Надувалы морские! Да знаете ли вы, семь чертей и одна ведьма вам в зубы, что...

            Оказалось, что идея участия публики в актерской игре еще не вошла в жизнь...

            Когда околоточный надзиратель, сидя в конторе театра, писал протокол, он поднял на меня глаза и спросил:

            -- Что побудило вас вмешаться в действие пьесы?..

            Я попытался оправдаться:

            -- Тирсы уж очень примахались, господин околоточный...

            -- Знаем мы вас, -- скептически сказал околоточный. -- Напьются, а потом -- тирсы!........

           

         

      Четверг

           

            В восемь часов вечера Ляписов заехал к Андромахскому и спросил его:

            -- Едете к Пылинкиным?

            -- А что? -- спросил, покривившись, Андромахский. -- Разве сегодня четверг?

            -- Конечно, четверг. Сколько четвергов вы у них бывали и все еще не можете запомнить.

            Андромахский саркастически улыбнулся:

            -- Зато я твердо знаю, что мы будем там делать. Когда мы войдем, m-me Пылинкина сделает радостно-изумленное лицо: "Господи! Андрей Павлович! Павел Иванович! Как это мило с вашей стороны!" Что мило? Что мило, черт ее возьми, эту тощую бабу, меняющую любовников, -- не скажу даже, как перчатки, потому что

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту