Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

47

зач?мъ ты на дачу ?дешь.

            -- Да, ей Богу, отдохнуть!

            -- Знаемъ мы этотъ отдыхъ.

            -- Заработался я.

            -- Знаю, какъ ты заработался! Будешь тамъ за вс?ми дачницами волочиться

            Писатель Маргаритовъ сд?лалъ серьезное лицо, но потомъ махнулъ рукой и беззаботно засм?ялся.

            -- A ей Богу же, буду волочиться. Чего мн?!

            -- Вотъ видишь, я говорилъ. За к?мъ же ты думаешь?

            -- За вс?ми.

            -- Послушай... a я?

            Маргаритовъ разс?янно скользнулъ глазами по лицу писателя Пампухова.

            -- Ты? A ты какъ знаешь. В?дь ты раньше меня ?дешь?

            -- Раньше,-- сказалъ Пампуховъ.

            -- Ну, и устраивайся, какъ знаешь.

            Это было превосходное дачное уб?жище. Въ н?которыхъ м?стахъ было море, въ н?которыхъ сосны, въ н?которыхъ песокъ. Море шум?ло, сосны шум?ли и только песокъ лежалъ смирно.

            Дачниковъ было много, но такъ какъ песку, сосенъ и моря было еще больше -- вс? были довольны.

            Маргаритовъ прі?халъ черезъ три дня посл? Пампухова и сейчасъ же оріентировался. Познакомился съ сос?дкой и, расхваливъ ей какой-то морской уголокъ, котораго онъ до этого и въ глаза не видалъ -- повлекъ несчастную къ этому таинственному уголку.

            -- Вотъ,-- сказалъ онъ, беря дачницу за руку и усаживая ее на песокъ.-- Вотъ, будемъ тутъ слушать Бога.

            -- Какъ, слушать Бога?

            -- Мы сейчасъ передъ лицомъ Сущаго. Онъ во всемъ -- въ прибо? морскомъ, въ шелест? сосенъ и въ вашихъ глазахъ. Положите мн? руку на голову. Вотъ такъ. Положите мою голову къ себ? на кол?ни и спойте колыбельную п?сенку. Я усталъ.

            Дачница разсм?ялась, но исполнила желаніе Маргаритова.

            -- Чему вы сейчасъ см?ялись?

            -- Такъ,-- отв?тила дачница.

            -- Вы не видите зв?здъ?

            -- Н?тъ. Теперь же день,

            -- A я ихъ вижу. Моя зв?зда и твоя -- мерцаютъ рядомъ. Какъ хорошо чувствовать себя частичкой космоса... Что значимъ мы, дв? пылинки, среди билліоновъ...

            Неожиданно дачница сбросила голову Маргаритова на песокъ, повалилась около и залилась такимъ ужаснымъ раскатистымъ см?хомъ, котораго Маргаритовъ никогда не слыхивалъ. Она см?ялась длинной заливчатой фразой "ха-ха-ха-ха-хха-а!", потомъ ей перехватывало горло, она д?лала коротенькое -- "гга-а-а!", и опять вздохнувъ, низвергалась въ глубокую пучину: "ах-ха-ха-ха-ха-а-а!"

            Маргаритовъ, потрясенный, стоялъ надъ нею и спрашивалъ:

            -- Что такое? Что случилось?

            -- Гга-а-а! Ахха-ха-ха-а!

            -- A ну васъ,-- сердито сказалъ Маргаритовъ.-- Если вамъ такъ весело -- веселитесь въ одиночеств?.

            -- Ах-ха-ха-ха-а!

            Отойдя отъ нея, Маргаритовъ подумалъ съ досадой:

            -- Ничего не понимаетъ. Нав?рное, дура.

            Въ тотъ же день Маргаритовъ свелъ знакомство съ другой дачницей -- прехорошенькой докторшей.

            -- Часто бываете y моря?-- хитро спросилъ онъ.

            -- Не особенно.

            -- Хотите я покажу вамъ одинъ чудесный уголокъ. О немъ никто почти не знаетъ.

            Пойдемте. Когда писатель и дачница пришли на то м?сто, гд? еще оставалось углубленіе въ песк? отъ т?ла хохотавшей давеча собес?дницы Маргаритова,-- Маргаритовъ ус?лся y ногъ своей новой знакомой и мечтательно сказалъ:

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту