Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

68

совс?мъ изъ квартиры выставила.

            -- Весна -- сезонъ выставокъ,-- сострилъ Клинковъ, снимая пальто.-- Подходцевъ, запиши. Я разорю этимъ лучшую редакцію столицы. Ахъ, какъ мн? жаль, Маруся, что я не могу оказать вамъ того гостепріимства, на которое вы разсчитывали.

            -- Уйдите вы,-- сердито сказала Маруся, нер?шительно присаживаясь на кровать.-- Ни на что я не разсчитывала. Отдохну и пойду.

            Взглядъ ея упалъ на кадочку съ мукой и она широко раскрыла глаза.

            -- Ой! Это что вы, господа, д?лаете?

            -- Куличи,-- серьезно отв?тилъ Громовъ, поднимая измазанное мукой лицо.-- Только y насъ, знаете-ли, не ладится...

            -- Видишь-ли Маруся,-- важно заявилъ Клинковъ.-- Мы р?шили отпраздновать праздникъ святой Пасхи по настоящему. Мы -- буржуи!

            Маруся встала, осмотр?ла кадочку и сказала чрезвычайно озабочено:

            -- Эхъ, вы! Кто-жъ такъ куличи д?лаетъ. Высыпайте обратно муку. Хотите, я вамъ зам?шу?

            Громовъ удивился.

            -- Да разв? вы ум?ете?.

            -- Вотъ теб? разъ! Да какже не ум?ть!

            -- Уважаемая достойная Маруся,-- обрадовался совершенно измученный загадочностью поварской книги Подходцевъ.-- Вы насъ чрезвычайно обяжете...

            Увид?въ такой оборотъ д?ла, сконфуженный сначала Клинковъ принялъ теперь очень нахальный видъ. Заложилъ руки въ карманы и проц?дилъ сквозь зубы:

            -- Теперь вы, господа, понимаете, для чего я ее привелъ?

            -- Лучше молчи, пока я тебя не ударилъ по голов? этой лопаткой. По распущенности ты превзошелъ Геліогабала!

            -- Да, пожалуй...-- подтвердилъ самодовольно Клинковъ.-- Во мн? сидитъ римлянинъ временъ упадка.

            -- Нечего сказать, хорошенькое пом?щеніе онъ себ? выбралъ. Разведи-ка въ этой баночк? краску для яицъ.

            Римлянинъ временъ упадка покорно взялъ пакетики съ краской и отошелъ въ уголъ, a Подходцевъ и Громовъ предоставивъ гость? вс? куличные припасы, стали суетиться около стола.

            -- Накроемъ пока столъ. Скатерть чистая есть?

            -- Вотъ есть... Какая-то черная. Только на ней, къ сожал?нію, маленькое б?лое пятно.

            -- Милый мой, ты смотришь на эту вещь негативно. Это б?лая скатерть, но сплошь залитая чернилами, кром? этого б?лаго м?ста. И, конечно, залилъ ее Клинковъ. Онъ всюду постарается.

            -- Да ужъ,-- отозвался изъ-за угла Клинковъ, поймавшій только посл?днюю фразу.-- Я всегда стараюсь. Я старательный. A вы всегда на меня кричите. Вонъ Марусю привелъ. Маруся, поц?луй меня.

            -- Уйди, уйди, не л?зь. Заберите его отъ меня, или я его вымажу т?стомъ.

            Вдругъ Подходцевъ застоналъ.

            -- Эхъ, чоррртъ! Сломался!

            -- Что?

            -- Ключъ отъ сардинокъ. Я попробовалъ открыть.

            -- Значитъ, пропала коробка,-- ахнулъ Громовъ.-- Теперь ужъ ничего не сд?лаешь. Помнишь, y насъ тоже этакъ сломался ключъ... Мы пробовали открыть ногтями, потомъ стучали по коробк? каблуками, бросали на полъ, думая, что она разобьется. Исковеркали -- такъ и пропала коробка...

            -- И глупо,-- отозвался Клинковъ.-- Я тогда же предлагалъ подложить ее на рельсы, подъ колесо трамвая. Въ этихъ случаяхъ самое в?рное -- трамвай.

            -- Давайте, я открою,-- сказала озабоченная Маруся, отрываясь отъ

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту