Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

46

онъ, умиленный. -- Не узнаетъ! Вотъ см?хи-то... Сельдяева не узналъ. Да какая же жизнь посл? этого... Дайте-ка я перво-наперво васъ облобызаю.

            Онъ привлекъ меня къ себ?, a горничная въ это время стаскивала съ его плечъ шубу. Вышло такъ, что мы спутались въ одинъ странный комокъ, состоящій изъ горничной, Сельдяева, шубы его и меня.

            -- Простите, не узнаю, -- пролепеталъ я, прижимая Сельдяева къ сердцу.

            -- Сельдяева-то? Помните, вы въ Армавир? у насъ читали лекцію, a я зашелъ прив?тствовать васъ отъ имени армавирскаго общества любителей таксомоторной ?зды. Еще посл? мы съ Гугенбергомъ и Чухалинымъ васъ на таксомотор? возили, городъ показывали. Кстати, знаете, Чихалинъ-то... Кинематографъ открываетъ въ Армавир?.

            -- Что вы говорите! -- деликатно поразился я. -- Это неслыханно! Кто бы могъ подумать... Эхъ, Чихалинъ, Чихалинъ... Не выдержала русская душа окружающей безпросв?тной мглы... Садитесь.

            -- Сяду. Я в?дь вамъ м?шать не буду. У меня только одна просьба: покажите мн? вашъ Петроградъ.

            Я погляд?лъ на Сельдяева; взглянулъ на неоконченную рукопись. Первый, все равно, не отстанетъ; вторую, все равно, окончить не удастся.

            -- Пойдемъ, -- сказалъ я.

            -- А работа? Вы не безпокойтесь, пишите. Я минуточекъ пять подождать могу.

            -- Что вы! Тутъ работы часа на два.

            -- Ну, тогда, конечно, бросьте. Хе-хе... Сельдяевы не каждый день въ Петроградъ прі?зжаютъ. В?рно?

            -- Пойдемъ.

            Мы од?лись и вышли.

            -- Вотъ это Невскій проспектъ, -- сказалъ я пріостановившись, чтобы полюбоваться на его ошеломленное лицо.

            Однако, лицо его было спокойно, какъ морской заливъ въ тихое л?тнее воскресенье.

            -- Невскій?.. Такъ, такъ. Далеко тянется?

            -- Верстъ десять!

            Я опять искоса взглянулъ на него.

            -- Десять? Такъ. Но это въ об? стороны?

            "Н?тъ, -- подумалъ я, -- улицей его не удивишь. А что ты, голубчикъ, запоешь, когда увидишь Казанскій соборъ?!.".

            -- Это вотъ Казанскій соборъ. Каково, а? Хотите внутрь зайти?

            -- Н?тъ, зач?мъ же, -- пожалъ онъ плечами. -- Соборъ какъ соборъ.

            -- Ну, не скажите... Колонны-то все таки... Видали, какія?

            -- Да, с?рыя. Сто штукъ будетъ?

            -- Что вы, -- сказалъ я, и хот?лъ добавить: "меньше" но потомъ р?шилъ ошеломить его.

            -- Больше! Около трехсотъ.

            -- Съ каждой стороны или въ общемъ?

            Я р?зко повернулся:

            -- Пойдемъ.

            Желаніе поразить этого челов?ка пропало во мн?. Я вяло водилъ его за руку и не мен?е вяло указывалъ вялымъ пальцемъ:

            -- Исаакіевскій соборъ. Полтораста милліоновъ обошелся.

            Сельдяевъ значительно поджималъ губы и, поднявъ одну бровь, спрашивалъ:

            -- Съ землей или безъ земли?

            -- А это вотъ Нева. Видите?

            Онъ перегнулся черезъ перила и сталъ разсматривать р?ку такъ, будто бы хот?лъ разгляд?ть какое-то нас?комое, ползущее внизу.

            -- Это вотъ Нева и есть?

            -- Нева. Кажется, что не широка, a на самомъ д?л? обманъ зр?нія: пять верстъ!

            Никакого изумленія не отпечатл?лось на его лиц?.

            -- Ну, вода-то зд?сь, говорятъ, ядовитая, -- задумчиво опершись о перила, промямлилъ

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту