Аркадий Тимофеевич Аверченко
(1881—1925)

Рассказы

54

бросимъ т?нь на великую могилу?!

            -- Ч?мъ же вы можете доказать, что эта салфетка именно Чеховская?

            -- Pardon!! А пятна?

            -- Ну, пятна... Пятна вы и сами могли сд?лать.

            -- Pardon!! Я бывшій офицеръ, и если превратности судьбы заставили меня... то я, вообще, прошу... Знаете; не того!.. Мировые на это смотрятъ очень серьезно. И потомъ вы говорите абсурдъ! Ну, предположимъ, я сд?лалъ пятна на салфетк?... А спички? А сахаръ? Я ихъ тоже сд?лалъ? Значить, я долженъ, по вашему, открыть спичечный и сахарный заводы?! За кого вы меня принимаете? За графа Бобринскаго? За Лапшина?!!

            -- Если вы будете кричать, я велю васъ вывести...

         

      II.

           

            Усталымъ взглядомъ посмотр?лъ онъ на меня.

            -- Ну, хотите за все двадцать пять рублей? В?дь, салфетка одна, если даже она и не чеховская -- на худой конецъ полтора рубля стоитъ. А спички! А сахаръ! А велосипедный билетъ прообраза Иванова?!

            -- Не надо, говорятъ вамъ. Вотъ если бы у васъ были какія нибудь личныя воспоминанія о Чехов?...

            -- Есть! Чего же вы молчали?..

            -- О чемъ?

            -- Вотъ, наприм?ръ, одинъ памятный разговоръ съ нимъ. Однажды онъ разсказывалъ, какъ хот?лъ открыть лотошный клубъ и какъ все уже было сд?лано, да администрація запретила.

            -- Чеховъ? Лотошный клубъ? !

            -- Что васъ такъ удивляетъ? Покойникъ любилъ азартъ и не прочь былъ поднажить деньгу. "В?ришь ли, Ероша... (Это я. Ерофеемъ меня зовутъ.) В?ришь ли, -- говорить, -- Ероша, запретили мн? лотошный клубъ Кому вредъ? Ну, проигрывали бы нудные, сумеречные людишки (какая четкость слога! Узнаете Чехова?), проигрывали бы -- и чортъ съ ними! Все равно, такъ или иначе, a и мы и они ноги протянутъ. Такъ хоть, по крайности, мы-то поживемъ въ свое удовольствіе".

            -- Это онъ такъ говорилъ?

            -- Онъ.

            -- Чеховъ?

            -- Ну, да.

            -- Вамъ?

            -- Угу.

            -- А при этомъ свид?тели были?

            -- Что вы! Разв? можно такія интимныя вещи говорить при постороннихъ!

            -- Гмъ... да. Впрочемъ, это не им?етъ никакого отношенія къ литератур?. А намъ нужны литературныя воспоминанія о Чехов?.

            -- Есть.

            -- О чемъ?

            -- О пьес? "Чайка". Однажды мы съ нимъ сид?ли на скамейк? въ Таганрог?. Онъ и говоритъ: "Хорошо бы выпить чаю сейчасъ. Съ лимончикомъ". И такая при этомъ чеховская, немного разс?янная улыбка. я говорю: "Какъ будетъ женскій родъ отъ слова: "чай"?

            "Какъ же, -- отв?чаетъ удивительный создатель "Средства отъ запоя", -- очень просто! "Чайка" будетъ отъ слова чай", И задумался. Потомъ прошепталъ: "Чайка! Это идея. Это красиво. На четыре акта хватитъ!". Вынулъ записную книжку, записалъ. Такъ и создалась "Чайка".

            -- А свид?тели были при этомъ разговор??

            -- Были. Тихоновъ былъ.

            -- Что вы все -- Тихоновъ, да Тихоновъ. Тихоновъ умеръ.

            -- А я при чемъ, что онъ умеръ? Такъ берете воспоминанія?

            -- Н?тъ.

            -- Бол?е, ч?мъ странно. А Чеховскія вещи берете?

            -- Н?тъ.

            -- Такъ-съ. Стоило только, чтобы прошло н?сколько л?тъ со дня смерти -- и уже забытъ! И уже никому не интересенъ! Забвенъ отъ людей! Ну, давайте за все десять рублей.

       

 

Фотогалерея

Averchenko 8
Averchenko 7
Averchenko 6
Averchenko 4
Averchenko 3

Статьи
















Читать также


Проза
Поиск по книгам:



Голосование
Лучшая юмостическая книга Аверченко?

ГлавнаяГостевая книгаКарта сайтаКонтактыЛитература в сетиОпросыПоиск по сайту